Молния гасит звезды

Опубликовано 09.09.2009

Чем можно удивить современного человека? После «маленького шага» Нейла Армстронга на Луне, который был «большим шагом всего человечества», после создания Всемирной Сети, которая все больше становится «Мировым Разумом»?

Автор фото: Майя Гусейнова

На фото: Усейн Болт на чемпионате мира в Берлине. Автор фото: Майя Гусейнова

Наконец, после падения Берлинской Стены, которая, как казалось, навечно разделила Восток и Запад, ну и после избрания первого темнокожего президента США? Что может заставить людей пересмотреть свои представления о нашем мире и о нас самих? Очень простое и скоротечное событие, в котором нет высоких технологий, нет большой политики, которое напрямую не меняет жизни миллионов людей - мировой рекорд на 100 метров.

Скорость - это символ современного мира, а стометровка - это символ скорости человека. Пускай фанаты формулических болидов упиваются ревом моторов и запахом сверхоктанового бензина, самому быстрому человеку на планете Земля не нужны команды инженеров и техников, на него не работают транснациональные концерны, и он совершает чудо без помощи заемных лошадиных сил. Все свое. И это трогает каждого, потому что проезд на Феррари доступен единицам, а пробежать 100 метров может каждый. Всем понятен смысл магических цифр этого мирового рекорда. И даже человек, далекий от спорта вообще и легкой атлетики в частности, практически из ноосферы черпает понимание, что 10 секунд на сотне - это очень быстро, а мировой рекорд где-то рядом, ну 9,90, ну 9,80. Такие скорости были понятны и специалистам и болельщикам. И тут грянула «Молния»!

Усейн Болт - «сумасшедшая молния из Ямайки» - заставил, прямо-таки вбил в наши головы одну простую истину: только ты уверишься, что знаешь, как устроен мир, а он вдруг повернется к тебе неизведанной гранью. 9 секунд и 58 сотых - и это не компьютерный мультик! На стометровке улучшение мирового рекорда на сотую долю секунды - это подвиг, а Болт за два года сдвинул отметку на шестнадцать сотых. Сначала на Олимпийских Играх-2008 Усейн потряс воображение восхищенного мира, запечатлев на секундомерах 9,69. Но тогда Болт так отчаянно радовался своей победе, что последние 25 метров пробежал в стиле футболиста, забившего победный гол в мировом финале. В этот раз, на чемпионате мира в Берлине у Усейна был очень серьезный соперник: трехкратный чемпион мира американец Тайсон Гэй. И мы увидели, на что способен этот долговязый парень, если он бежит сотню до конца. Тайсон установил рекорд Америки, но он проиграл тринадцать сотых - когда ночное небо прорезает вспышка молнии, то звезды гаснут.

И именно так, из неоткуда, из полного мрака неизвестности, для подавляющего большинства болельщиков появился на дорожке и сам Усейн Болт. В конце концов, Ямайка, родина Усейна, была знаменита только музыкой - дабом, его более мелодичной разновидностью - рэгги, «Черным Гуру» великим Бобом Марли, а в нашей стране еще и по рэгги-хиту «Чайфа» - как нам всем было жалко ямайских ребят, попавших «под каток» аргентинцев... Утешало только то, что «сенсимильи хватит на всех»! А вот ведь история Болта начиналась задолго до его рождения, когда еще был жив сам Марли и когда весь мир вслед за Бобом признавался, что «шерифа-то я застрелил, но помощника - это уж точно не я».

Ямайские корни

В конце 60-х на Ямайку приехали первые скауты американских университетов в поисках талантов. В США легкая атлетика - это один из столпов университетского спорта, и именно на рубеже 70-х на волне борьбы темнокожего населения Америки за равноправие в университетах стали появляться первые черные звезды спорта. Не везде, конечно, до Юга эта волна будет катиться еще долго, но на Севере двери колледжей открылись и для темнокожих иностранцев. На гребне волны, поднятой Мартином Лютером Кингом, в Штаты приехал легкий и быстрый паренек из Кингстона - Дональд Кворри. Его тренер был приятно удивлен, когда обнаружил в Доне, помимо явного таланта к быстрому бегу, и работоспособность, и, самое главное, дисциплинированность. Как раз этого качества постоянно не хватало местным звездам. Причем Кворри, быстро став звездой своей команды, еще и прилично учился - на уверенный средний балл «В», что удивляло его окружение еще больше. Закончив университет, Дон остался в США, чтобы провести последний сезон перед Олимпийскими Играми-1976. В Монреале Дональд Кворри стал Олимпийским чемпионом на дистанции 200 метров и серебряным призером на стометровке. Это и было началом спринтерского бума на Ямайке.

Приехав на Родину, Дон стал, конечно, национальным героем. Получил все возможные награды, с ним отметились все политики, народ танцевал до упаду. Кворри проехался по всей стране, слава Богу, на Ямайке это сделать совсем не сложно. Остров рэгги тогда, как, впрочем, и сейчас, был совсем небогатой страной, и для ямайских детей пример Дона стал настоящим лучом света в темном туннеле жизни на грани выживания. А сам Кворри решил, что именно спорт, именно легкая атлетика может стать национальной идеей, которая сформирует образ жизни в его стране. Он сумел убедить президента, что стоит развивать на государственном уровне именно легкую атлетику, отказавшись от столь милой сердцу чиновников политики поддержки футбола. Кворри предложили стать министром спорта, но он отказался - не кабинетный он человек, да и не карьерный. Тем более, что он прекрасно знал: став политиком, он не сможет свободно высказывать свое мнение, которое ему дороже всех министерских портфелей.

С чего начала Ямайка? Со строительства стадионов. Причем не больших и помпезных, а маленьких - школьных, муниципальных, университетских. Там, где можно тренироваться детям, где можно проводить местные старты, которые всегда открыты для жителей. Процесс долгий - у страны денег немного. К тому же наличие стадионов - условие необходимое, но недостаточное. Еще нужны тренеры. И тут Кворри в полной мере использовал свой авторитет в мире «Королевы спорта». Он сам стал скаутом. Дон ездил по Ямайке и выискивал талантливую молодежь, уговаривал родителй отпустить своих отпрысков в далекие США, находил подходящие колледжи для полноценного обучения и добивался для своих подопечных спортивных стипендий - «sports scholarship». Гениальная идея Кворри заключалась в том, чтобы ребята и девчонки с Ямайки своими ногами зарабатывали себе на обучение, а потом, вернувшись домой, становились вдохновителями массового спорта на Ямайке.

Конечно, все шло не так гладко. Немногие ямайские атлеты приживались в американских колледжах. Ведь в США самому великому спортсмену нужно учиться. В это трудно поверить человеку, знакомому с советско-российскими реалиями, когда звезды спорта получают диплом, не появляясь в стенах альма-матер годами. В Штатах все по-настоящему. Так что совсем немного подопечных Дона Кворри поначалу доходили до получения диплома. Однако вода камень точит. В городах и городишках Ямайки стали появляться настоящие тренеры. Параллельно строились настоящие стадионы. И дети стали привыкать к мысли, что если ты быстр, то тебе прямая дорога в спринт, а не в банду уличных воришек.

Вот тут и пришел на стадион Гленн Миллс. Бегал он не очень быстро, но очень хотел учиться. Кворри хорошие мозги ценил не меньше, чем быстрые ноги, и Гленн поехал в США. Большого прогресса в спринте у Миллса не было, но свою спортивную стипендию он отрабатывал сполна - университетских соревнований в США более чем достаточно. А вот средний балл у Гленна оказался даже выше, чем у Кворри - В+. Так что после окончания Миллсу предложили поработать ассистентом тренера спринтерской команды в родном университете. Это очень почетный и труднодостижимый пост для выпускника. А уж достигнуть поста полноправного тренера - это мечта большинства людей, желающих воспитывать звезд. В Штатах 90 процентов атлетики «живет» в университетах, и можно пересчитать по пальцам американских героев «Королевы спорта», которые не прошли через студенческие сборные. Через пять лет Миллсу предложили стать тренером спринтерской команды одного из южных университетов США. Когда Кворри узнал об этом, он предложил Миллсу место в Camperdown High School в Кингстоне. Глен не заставил себя долго уговаривать, как чувствовал, наверное, что уже родился неподалеку от столицы Ямайки Усейн Болт.

И труд, и игра

Усейн родился под знаком Льва 21 августа 1986 года в местечке Sherwood Content. Никакими достижениями в спорте его родители не отличались, хотя его отец всегда подчеркивает, что он «очень неплохо играл в футбол». Поступив в начальную школу, Болт автоматически стал заниматься спортом - на Ямайке во всех учебных заведениях, начиная с начальных школ и до университетов, спорт - неотъемлемая часть жизни учеников. Усейн далеко не сразу стал спринтером. Как и все дети, он предпочитал игровые виды. Особенно ему нравился крикет. Эта странная для российского болельщика игра безумно популярна в таких странах Британского Содружества, как Индия, Австралия, Великобритания и т.д. Несмотря на то, что в 12 лет Болт стал самым быстрым спринтером школы, он гораздо больше времени уделял крикету. И только когда Усейн перешел в William Knibb Memorial High School, его тренер по крикету отправил его в спринт. Сам Усейн до сих пор отчаянно болеет за крикетные сборные Ямайки и Пакистана: «Если бы не спринт, я стал бы отличным игроком в крикет». В атлетике Болт сразу стал показывать свою гениальность. Но до мировых рекордов было еще очень далеко.

Его тренеры, а это были люди с олимпийским опытом, иногда просто опускали руки, жалуясь на недостаток самоотдачи их подопечного на тренировках и, главное, на полную неуправляемость Болта за пределами стадиона. Отправившись на свой первый международный старт, юношеский чемпионат мира в Венгрии в 2001 году, Усейн не попал в финал, но запомнился как самый рьяный посетитель ночных клубов. В том же году во время отбора на Игры стран Карибского Бассейна полиция «накрыла» Болта в фургоне, где он со своими друзьями покуривал сенсимилью. Причем в этот момент Усейн должен был разминаться на стадионе перед своим забегом. Понадобилось вмешательство премьер-министра Ямайки, чтобы несовершеннолетнего Болта не отправили вместо Игр в исправительный лагерь. Этот же политик настоял на том, чтобы Усейн переехал в Кингстон и поменял и тренера, и окружение. В итоге, через год на чемпионате мира среди юниоров 15-летний Болт у себя дома в Кингстоне на глазах битком забитого стадиона первый раз «порвал» своих соперников, которые были на три-четыре года его старше! С этого дня Усейн начал восприниматься как национальное достояние Ямайки.

Однако уже в 16 лет Болт вырос до 1 метра 96 сантиметров, и его прогресс в результатах шел не так стремительно, как того желали его многочисленные болельщики. Получив в 2002 году награду Международной Ассоциации Легкой Атлетики «Восходящая Звезда», Усейн - самый молодой среди лауреатов - попал под пресс внимания СМИ, а тут пошли чередой травмы. Не выдерживали колени, связки стопы. Поменяв тренера перед Афинскими Олимпийскими Играми-2004 года, Болт травмировался за пару месяцев до старта и уехал из Греции, не добравшись даже по полуфинала. Ему было только 18 лет, а многие уже считали, что это очередной пример вундеркинда, который вырастает в ординарного взрослого.

Вернувшись на Ямайку, Усейн получил сразу два предложения: sports scholarship от самого престижного американского университета и от Гленна Миллса о совместной работе. Болт решил остаться дома и тренироваться в привычном окружении Кингстонского технологического университета, где он все знал со времен своей любительской карьеры. К тому времени Миллс уже прославился своей работой с Кимом Коллинзом, чемпионом мира на стометровке из Сент-Китса и Невиса, крошечного государства Кариб. Ким разительно отличался от своих соперников отсутствием «горы мышц» и был яростным противником качалок, которые вошли в моду после самого известного допингового мошенника Бена Джонсона. Кредо Миллса можно сформулировать так: «Чтобы быстро бегать, надо бегать быстро. А для быстрого бега самое главное - это свежесть и пластичность».

Гленн сразу определил слабое место Усейна - из-за быстрого роста у парня развился сколиоз, возникший в результате перекос и являлся основной причиной травм. Теперь на всех тренировках и на всех соревнованиях с Болтом работает личный массажист и костоправ. Разработана специальная программа растяжки мышц и восстановления суставов атлета после нагрузки. Полностью был изменен и тренировочный подход. Однако самое главное - Миллс перестал «давить» на Болта, не стал пытаться сделать из него примерного мальчика: «Усейн очень хороший парень. Он перерос детские шалости. А если он любит потанцевать или просто посидеть с друзьями в ночных клубах, так это его освобождает от мыслей о предстоящих стартах. Спорт - это и так тяжелый труд, и не стоит его усугублять слишком серьезным подходом к жизни. Спорт - это и труд, и игра, и я рад, что Усейн может играть даже на самых больших соревнованиях». Золотые слова! Именно это отношение тренера Миллса к своему ученику и сотворило того Болта, в которого просто влюбились миллионы болельщиков на Играх-2008.

После победы на стометровке с мировым рекордом 9,69, когда Усейн бежал последние 20 метров чуть ли не задом наперед, у Гленна спросили, не жалеет ли он, что его ученик не показал максимум в этом беге. Ученые подсчитали, что результат мог бы быть 9,50-9,55. Миллс посмеялся: «Такой результат он покажет через год. А этот бег запомнят все!». Так и случилось на чемпионате мира в Берлине. И Болт остался таким же - контактным, веселым парнем, абсолютно не зараженным вирусом звездной болезни. Он не только веселит публику своей знаменитой позой лучника, но и терпеливо дает интервью журналистам, позирует перед фотографами и раздает автографы длинной очереди фанатов. На чемпионате мира в Берлине Болт покорил публику, подарив свою боевую майку юным немецким атлеткам, болевшим за него на стадионе. В моей памяти навсегда останется трогательная сцена, когда, установив свой фантастический рекорд на стометровке, Усейн остановился в двух шагах от меня, чтобы поговорить по телефону с мамой своего друга и соперника Асафы Пауэлла. Весь стадион ревел от восторга, тысячи журналистов напирали на ошалевших секьюрити, протягивая Болту свои микрофоны, а Усейн, лучезарно улыбаясь, слушал наставления из Ямайки: «Да, тетя Пауэлл, я все сделаю, как вы сказали. Нет-нет, не пойду в ночной клуб - потерплю немного, так и быть».

Автор статьи: Василий Парняков


Оставить комментарий





Комментариев: 6

  1. 6
    vrychkov

    отличная статья! Все правильно, сначала была осака2007

  2. 5
    юрий

    Я читал, что Болт все ночи в ночных клбах проводит и питается одним гамбургерами.

  3. 4
    Vasily Parnyakov

    Что же, это делает вам честь – немногие журналисты могли вспомнить выступление Болта в Осаке, для большинства он как "чертик из табакерки" в Пекине появился:)

  4. 3
    fast runner

    Отличный парень, он мне с самого начала понравился. Помню еще в 2007 он мне запомнился своим бегом на 200, он тогда 2 за Гэем финишировал. Я сразу понял, что у парня большое будущее, но что такое, даже не мог представить :)

  5. 2
    Vasily Parnyakov

    Это не слухи!

    После Пекинских Игр у Болта появился свой агент для китайского рынка. И в конце августа, Болту было сделано предложение, от которого было невозможно отказаться по китайским меркам: более 100 миллионов в течении 3 лет. И всего-то Усейну надо было расторгнуть действующий контракт с Пумой, заплатив около 1 миллиона неустойки – какая мелочь)))

    Однако Болт не только отверг саму возможность такого "кидалова" людей, которые его поддерживали долгие годы его восхождения на вершину успеха, но и высказал свое глубокое неудовольствие такой моделью бизнеса своего китайского агента.

    Теперь китайцам придется ждать еще 1,5 года, пока не закончится действующий контракт с Пумой, а потом у Пумы будет возможность "соответствовать предложениям конкурентов".

    Вот это называется "спортивное поведение"))))

  6. 1
    fast runner

    Ходят слухи, что Болту китайцы предлагали 100 миллионов, а он отказался. Вы об этом что-нибудь знаете?

  • НОВОСТИ

  • Последние записи на форуме